Атомная война Беларуси с Москвой.

Едва стали забываться детали встречи Лукашенко и Путина в Сочи, как белорусский президент дал новый повод для активизации обсуждения темы российско-белорусских отношений.

По его словам, первый блок белорусской атомной станции российский генподрядчик должен был ввести в строй еще в 2018 году, второй — в 2019.

Так как на данный момент ни тот, ни другой не работают, значит, Россия свои обязательства не выполнила, а Минск вправе требовать от нерадивого исполнителя существенных компенсаций.

Прежде всего, значительного снижения размера кредитной ставки по предоставленному на строительство российскому кредиту (например, чтобы как для Вьетнама — где-то около 3%, а не как сейчас: на половину суммы — 5,23% и на вторую — 2,63%), а также исполнения ряда других условий.

С намеком, что этот вопрос с Путиным в Сочи также обсуждался и никакого отторжения у кремлевского карлика не вызвал. Словом, Россия опять должна.

Формально основания для возмущения у Минска есть. В кулуарах, близких к реализации проекта, действительно появились слухи о возможном сдвиге финальной даты с четвертого квартала текущего года, на первый квартал 2021.

К настоящему моменту существенно изменился ряд внешних обстоятельств, вызвавших перемены в отношении руководства РБ как к самой БелАЭС, так и к сотрудничеству с Россией в целом.

Проблем несколько. Первая из них — деньги. Строящаяся возле города Островец Гродненской области атомная станция, по смете, стоит 10 млрд долларов, из которых Москва должна была предоставить кредит на 6 млрд, покрывающих возведение собственно АЭС.

Сопутствующая инфраструктура (железнодорожная ветка, автомобильные дороги, город для персонала со всеми необходимыми атрибутами вроде детских садов, школ, магазинов, канализации и очистных сооружений) общей стоимостью в 4 млрд изначально должна была финансироваться Беларусью из собственных средств.

Но в последний момент их в бюджете не нашлось, и Минск договорился с Москвой о расширении кредита до 90% общей сметы. Так, 6 млрд долларов кредита превратились в 9,5 млрд долларов.

Причем Росатом по-прежнему отвечал только за АЭС, а окружающую инфраструктуру должны были строить белорусские подрядчики.

Вторая причина тоже сводится к деньгам. К настоящему моменту Минск столкнулся с очень для себя негативным синергетическим эффектом сложения ряда моментов.

Российский «налоговый маневр» лишил Беларусь примерно 3 млрд долларов доходов от «перетаможки» российской нефти.

Плюс Москва отказалась снижать экспортную цену на 65 долларов с тонны, на которые очень рассчитывал Минск. Тем самым доведя размер убытков до 4,3 млрд долларов.

С учетом неполученной экономии на газе — Минск хотел 20,2 млрд м3 по 78 долларов за тысячу кубометров, а получил по 127, общее внезапное падение его доходов в 2020 году достигнет отметки в 5,28 млрд долларов, при собственном номинальном ВВП всего в 60 млрд долларов.

И, судя по реакции главы белорусского государства, денег там стало не хватать даже на плановые платежи. А источников получения дополнительных доходов у Минска нет.

Как «ни странно», третьей причиной тоже оказались деньги. Длительное время Беларусь довольно успешно зарабатывала на экспорте электроэнергии в Украину и, в особенности, в страны Балтии. А 2019 год так вообще оказался почти рекордным.

Только за первое его полугодие белорусы продали за рубеж электричества на 82% от его совокупного экспорта 2018, составившего 1 млрд кВт·ч на сумму в 54,63 млн долларов. Из них 843 млн кВт·ч в Литву.

Появление у Минска дополнительной генерации сулило хорошие перспективы.

Однако, три балтийских соседа 7 февраля 2020 на встрече в Таллине заявили о решении подписать декларацию о намерении отказаться от закупок в Беларуси электроэнергии, генерируемой БелАЭС.

На том основании, что по проложенному кабелю из Швеции электричество в Литву поступает по 3,5 цента за кВт, тогда как Минск его продает по 5,4 цента.

Кроме того, Островецкая станция небезопасна, так как ранее там «имел место инцидент», чудовищно негативные последствия которого Росатом и местные власти тщательно скрывают. Подготовка к возможной аварии БелАЭС может стоить Литве 1 млрд евро.

Минск, имея суммарную генерацию в 36−37 млрд кВт*ч в год, получив еще АЭС, выдающую 18 млрд кВт*ч дополнительно не имеет полной гарантии экспорта. До прояснения обстановки Беларусь хочет процесс притормозить.

Заодно использовав его в качестве громкого медийного повода потребовать от России преференций. Раз не вышло с нефтью и газом, то хотя бы тут продемонстрировать независимость и в процессе добиться скидок.

Формально Минфин РФ предложение Минска, конечно, отверг, но чем черт не шутит?

Тем более в преддверии приближающихся выборов Александру Лукашенко необходимы политические очки и демонстрация того, что он еще сильный боец, способный справляться с трудностями.