В ту ночь страна висела на самом краешке бездны.

Это был поздний-поздний вечер где-то в конца ноября или в самом начале декабря 2014 года, точную дату уже не вспомню.

Я как-то вот уже привык к рабочим встречам с Президентом Украины, хотя все равно — ну, ну блин, ну не так просто к этому привыкнуть. И привык к тому, что встречи поздно, что он уставший, что он не может долго. Нужно быстро доложится, быстро обсудить, быстро услышать решение.

Он был не просто уставший. Было что-то другое. Мои слова как-то проваливались, не доходили, затухали в воздухе. Через две-три безответные фразы я замолчал… и мы просто сидели молча. Он о чем-то очень и очень напряженно думал, а я не хотел отвлекать.

… Юра, прости, сегодня не очень получится поговорить. Разведка докладывает о готовности России к полномасштабному вторжению в любую секунду, кажется сегодня ночью. Сейчас будет сложный разговор с международными партнерами. Надо решать как быть …

Мы еще какое-то время посидели молча, а потом я тихонько выскользнул и пошел домой. Нет, я не начал собирать вещи, не думал об экстренной эвакуации семьи, не планировал партизанские действия. Паники не было. Я знал, что у него получится.

Утром страна проснулась в обычном режиме и продолжилась жизнь.




Когда у меня спрашивают причину, по которой я поддерживаю его… Вот именно за это и поддерживаю, за то, что он избавил от страха. Вот именно это и движет меня. Отсутствие страха и осознание того, что у нас есть шанс. У всех нас. Работать, строить, совершать ошибки, исправлять их, двигаться вперед.

Но — не бояться.

Оцените статью.

Оставьте первый комментарий

Оставить комментарий

Ваш электронный адрес не будет опубликован.


*