Европа анонсировала полный отказ от нефти и газа.

По всем канонам Россия катится в неизбежный коллапс. При путинской модели экономики милитаризованный сырьевой паразит не реформируем.

Без децентрализации РФ не удержится на плаву. Децентрализация — это отказ от имперства, на что априори не может пойти преступная верхушка Кремля. Замкнутый круг, который так или иначе похоронит огромный Мордор.

Нефтедолларовый конвейер, который с советских времен снабжает российскую экономику твердой валютой, позволяя менять простейшее минеральное сырье на технологии и потребительский стиль жизни, доживает свои последние годы, пишет Финанз.ру.

Евросоюз — крупнейший потребитель российских углеводородов — намерен полностью отказаться от ископаемых источников топлива, таких, как нефть и газ, заявила еврокомиссар по энергетике Кадри Симсон.

«Цель ЕС — в том, что к 2050 году стать климатически нейтральным», — сказала Симсон на брифинге в среду, отвечая на вопросы о судьбе трубопровода «Северный поток — 2».

«Это значит, что к тому времени мы выведем из употребления ископаемые энергоносители», — пояснила она, добавив, что все поставщики Евросоюза должны «иметь это в виду» (цитаты по «Интерфаксу»).

Европейские страны, по словам Симсон, намерены отказаться не только от нефти, но и от метана (природного газа), на замену которому должны прийти «декарбонизированные газы», прежде всего водород.

Еврокомиссия в среду одобрила две стратегии, направленные на достижение «климатической нейтральности».

Первая требует создание единого энергорынка и диверсификацию поставщиков, вторая — массовое производство чистого водорода в энергетических целях.

Для России политика ЕС означает слом существующей с 1970-х гг модели экономики, в которой углеводороды вывозятся на Запад, а на вырученную валюту покупается все то, что РФ не в состоянии произвести самостоятельно.

По итогам прошлого года из 419 млрд долларов экспортных доходов России 60% обеспечили три товара: сырая нефть (121,4 млрд долларов), нефтепродукты (66,9 млрд долларов) и природный газ (19 млрд долларов).

Половина этих поступлений пришла из Европы, где доля российской нефти в потреблении достигает 30%, а газа — 40%.

Экспортные доходы, — это «нить», связывающая отсталую Московию с потреблением из развитого мира: импортные товары — от одежды и техники, до фруктов и моющих средств, а также технологии и оборудование для промышленности, сырье для сельского хозяйства — закупаются на эти деньги.

Российская экономика устроена очень просто, а ее место в глобальных производственных цепочках не меняется годами: россияне продают за рубеж сырье, «немного приторговывают» металлами, лесом и оружием, а закупают за границей сложную технику и потребительские товары, констатирует основатель Movchans Group А. Мовчан.

На сложную продукцию в экспорте — машины и оборудование — пришлось всего 6,3%, причем ее продажи сократились как в весе (на 4,1%), так и в долларах (на 5%) (данные ФТС)

Многочисленные планы слезть с нефтяной иглы, включая майские указы о создании 25 миллионов высокотехнологичных рабочих мест к 2018 году, раз за разом остаются на бумаге.

Более того, вес сырьевого сектора в ВВП только увеличивается: если в 2002 году он составлял 6,66%, то в 2018-м — уже 13,8%.

Доля обрабатывающего сектора — фабрик и заводов, не связанных с углеводородной трубой, — за 16 лет опустилась с 17,17% до 14,3% (Росстат, .xls).

План «прорыва» к мировым темпам роста требует увеличить несырьевой неэнергетический экспорт до 350 млрд долларов к 2024 году. Согласно плану, уже в прошлом году Россия должна была продать за рубеж что-либо, кроме углеводородов, на 240 млрд долларов.

Фактически выручить удалось 190 млрд долларов, а рост составил всего 5%. В первом квартале 2020-го он замедлился до мизерных 1,7%.

Российская экономика «свирепа», иронизирует завотделом рынков капитала ИМЭМО РАН Я. Миркин. На 100 с лишним млн аборигенов за год на РФ производится 744 детские коляски, одна юбка на 26 женщин, одна пара носков на человека, один электрический чайник на 500 с лишним семейств и 3-4 доллара вычислительной техники на душу населения.

Потеря крупнейшего рынка сбыта энергоносителей и главного источника иностранной валюты признается угрозой на уровне Кремля.