Старая деомократия.

И вот, пока мы рубимся с этой навалой, целая группа европейцев «старых демократий» стоят, качают головами и цокают языками, мол: то не так и то не так.



Сейчас уже только слепому не видно, что Украина находится не просто на переднем краю демократии, а оказалась ее бастионом. Правда, не вся и не везде, но в своей сердцевине – безусловно.

Мало того, мы оказались на основном направлении удара той силы, которая отвергает принципы демократии полностью и от души. При чем это столкновение отнюдь не виртуально, а с жертвами, кровью, короче говоря – с войной.

Уже четвертый год мы уперлись и держим эту чуму, состоящую из армии рабов, безразличных к своей собственной жизни, а уж тем более к жизням тех, на чьи земли они несут войну. Им просто нравится, что хозяин дает им волю грабить, убивать и насиловать людей в чужих землях. В этом они видят смысл своей жизни и называют это «русским миром».

И вот, пока мы рубимся с этой навалой, целая группа европейцев «старых демократий» стоят, качают головами и цокают языками, мол: то не так и то не так. Сегодня мы уже писали о том, что солирует в этом хоре Германия, которая играет в веселые поддавки с Россией и особенно – с Россией Путина потому, что при его правлении резко поднялась цена нефти и газа, а потому, с ним стало выгодно играть в самые забавные игры, не имея никаких особых проблем.

При этом, никому не приходит в голову простой факт.

Россия при Ельцине, а особенно – при Путине, натворила бед куда больше, чем Иран. В отличие от Ирана, Россия уже имеет ядерное оружие и всерьёз угрожает применить его в Европе.

Тем не менее, только сейчас и только в Штатах, Россия попала под равноценные санкции с Ираном, хотя должны бы сидеть под ними сразу после первых подтвержденных фактов военных преступлений в Чечне.



Постепенное уравнивание в санкциях Ирана и РФ вызывает раздражение у массы прикормленной Кремлем публики, но более всего – в Германии, что вызывает законное недоумение, ибо там уравняли карманные расходы пусть и большой прослойки чиновников и политиков с принципами демократии, которые Путин не просто поставил под вопрос, но и намерен уничтожать за пределами России.

В этом случае, следует поближе присмотреться к этой самой германской демократии и истокам ее экономического процветания, ибо три года она стоит в позе ментора и различными способами пытается уговорит Украину идти на территориальные и конституционные уступки Путину, как будто это Украина напала на Россию.

Такая позиция как-то не вяжется с представлением о «старой демократии». Оказывается, если слегка поскрести по Германии, то напыление этим благородным составом окажется настолько тонким, что многие окажутся сильно удивлены.

На этом месте мы предлагаем всем остановиться и ответить себе последовательно на два вопроса.

Первый: что вы считаете «старой демократией» в плане времени?

Второй: сколько лет в ФРГ существует безусловная демократия?

Потом сложите эти два ответа и посмотрите, попала ли Германия под первое определение и имеет ли она моральное право качать права и выступать экспертом в области демократии?

Мы знаем ответы на эти вопросы, поэтому так жестко критикуем политику Германию, которую она демонстрирует более двух десятков лет, в отношение России и возлагаем на нее большую часть ответственности за то, что она сейчас вытворяет.

Итак, до Первой Мировой Войны говорить о демократии в Германии не имеет смысла. После поражения в войне, в период Веймарской Республики, были внедрены демократические процедуры при полном отсутствии духа демократии.

Большая часть населения тяготела к авторитарным силам – коммунистам и национал-социалистам и приход кого-то из них к власти и дальнейшему уничтожению демократических формальностей, был вопросом ближайшего времени.

Как показало время, это состояние продлилось чуть больше 14 лет и победила одна из этих сил, которая мгновенно перешла к авторитаризму, радостно принятому большей частью населения Германии. Так продлилось до конца войны.



А дальше у нас сложилось несколько не верное представление о том, что происходило с Германией вообще и с тем, как там приживалась демократия. Что касается экономической составляющей и формирования нового государственного механизма, то тут основную роль сыграли союзники, а если точнее – США.

В первую очередь, они подошли к послевоенной ситуации в зоне оккупации Западных стран очень прагматично и не дали Англии и Франции наступить на грабли, черенок которой украшен надписью «Версаль-2».

Штаты прекрасно понимали, что, вытирая ноги о поверженную Германию, можно заложить вторую волну реваншизма. Чем это может закончится, четко показал товарищ Гитлер. Поэтому, именно Штаты, имеющие мощную здоровую экономику, разработали для Германии новые правила игры, создали новый государственный механизм и влили в ее экономику гигантские деньги.

Так что нынешняя Германия функционирует по тем лекалам, которые были предоставлены Штатами, а их экономическое движение вверх, обусловлено тем послевоенным пинком, которые щедро выписали Штаты.

Конечно, на это наложились педантичность и трудолюбие немцев, но при Гитлере они тоже никуда не делись, а результаты были совсем другими. То есть, в плане экономики, Германия за 10-15 лет уже существенно восстановилась, а через 20 лет начала уверенно занимать место среди мировых лидеров.

В общем, тут Штаты сделали все правильно и семена упали в благодатную почву.

А вот с демократией дело обстояло куда хуже. Эта сущность никак не приживется там, где есть общественный запрос на тоталитаризм. Собственно говоря, Россия является ярким примером этой сентенции.

В 90-е она попробовала на вкус эту демократию, покривилась и выплюнула ее напрочь, желая более крепких напитков. А вот конторский и по определению конторский Путин, пришелся как раз кстати. Так было и в Германии.

Режим пал, но немцы-то остались прежними. Ну никак они не могли забыть то, что еще несколько лет назад они восторженно орали «Хайль» и становились на цыпочки, чтобы поверх голов беснующейся в экстазе толпы, хоть мельком увидеть фюрера.

Это были те же самые люди и ни о какой демократии просто не могло быть речи.

Очень быстро прошли процессы над военными преступниками, которые явно участвовали в казнях и подобных вещах, и когда эта работа пошла на спад, немцы просто решили забыть войну и то, что ей предшествовало.

Большая их часть одела на себя маску неведения и на полном серьезе утверждали о том, что им ничего не было известно ни о концлагерях, ни о миллионах казненных, ни о пытках, которые многие из жертв прошли перед смертью.



Это была удобная позиция, мол – отцепитесь от меня, я ничего такого не делал и даже не подозревал, что кто-то такое делает.

Но союзники, захватившие куски архивов Гестапо видели те несметные количества доносов, которые писали эти самые добропорядочные граждане на своих соседей и знакомых. Их не удивляло, что многие из тех, на кого они писали докладные, исчезали и больше никогда не возвращались.

В этом смысле, совки оказались в том же самом положении. Часть народа сидела, часть охраняла, а остальные либо готовились сесть, либо писали доносы, но потом почти все делали вид, что охраняли, допрашивали, пытали, расстреливали, писали доносы – другие, а они – белые и пушистые.

Правда, генетика поперла через поколения, и от наших Гордонов, до последней российской сволочи, они открыто рядятся в одежды НКВД.

Но в отличие от совка и нынешней РФ, Германия имела надзирателя, в виде США и те аккуратно тыкали носом немцев в их же смрадные дела. Штаты открыли массу архивов и желающие могли очень быстро выяснить, кто есть кто.

Кроме того, самым удивленным немцам, которые ну никак не могли поверить в концлагеря – делали экскурсии по местам «боевой славы» их любимого Рейха, за которым они открыто или тайно страдали.

Ну и кроме того – шел процесс денацификации, время от времени, выбрасывая в прессу порцию новых подробностей чудовищных преступлений, которые творили серые, с виду, личности.

Американцы умеют играть в-длинную и в этом бульоне выросло новое поколение немцев, которые смогли увидеть чудовищность совершенных преступлений.

Именно они стали тем лекарством, которое почти полностью исторгло гитлеризм из общества. Этот момент начался только в 1966 году, через 21 год после окончания войны. В этом году канцлером ФРГ стал Курт Георг Кизингер.

Чтобы читателю была понятна пикантность ситуации, на должность канцлера тогда и сейчас – избирают сами немцы. Вот они его и избрали. Это случилось несмотря на то, что новый канцлер с 1933 года, состоял в НСДАП – национал-социалистической партии Германии, партии Гитлера.

При этом, сделал неплохую карьеру в ее пропагандистском департаменте и был назначен руководителем управления радипропаганды в министерстве пропаганды, которым руководил Йозеф Геббельс – непосредственный шеф будущего канцлера.

Еще раз, немцы сами избрали себе канцлером того, кто верой и правдой служил авторитарному режиму Гитлера и при этом сделал очень мощную карьеру на поприще продвижения идей национал-социализма.



В этот момент Германия снова стала смердеть нацизмом. Это касается не только и не столько самого Кизенгера, как того большинства, которое мечтало о сильной руке и порядке. Очевидно, что до этого момента в Германии существовал суррогат демократии, принесенный американцами в виде демократических процедур. Самой демократии там просто не было.

Но вот появилась некая молодая журналистка Беата Кларсфельд, которая представляла собой новую поросль Германии и которая через своего мужа, погрузилась в изучение обстоятельств нацистских преступлений.

Она посчитала себя обязанной выразить свой протест канцлеру-нацисту. Только 2 апреля 1968 года ей удалось попасть в гостевую ложу на заседание Бундестага в Бонне, где выступал канцлер. Оттуда она обрушилась на него с возгласами: «Кизингер, нацист, уходи!», после чего ее вывела охрана.

А спустя некоторое время, при посещении Кизенгером Технического Университата Западного Берлина, Кларсфельд удалось приблизиться вплотную к канцлеру и залепить ему смачную оплеуху.

Примерно с этой отважной выходки Беаты Кларсфельд и началась какая-то переоценка ценностей в германском обществе и пошел процесс внутреннего отторжения нацизма. На следующий год Кизингер таки ушел в Лету.

И вот с того времени можно начинать отсчитывать историю выздоровления. Так что никакой старой демократии в Германии нет. Ей бы справиться со своими внутренними проблемами, довлеющими над принципами демократии и уж во всяком случае – не лезть с поучениями к тем, кому действительно нужен опыт старых демократий.

Германия единожды прошла денацификацию, а на второй круг не решилась и это была ее большая ошибка.

После воссоединения с ГДР, в Германию была впрыснута огромная доза коммуно-конторского вируса, который надо было вычищать так же беспощадно, как и нацизм. Но там прошли мягкие, имитационные мероприятия, которые по эффективности сравнимы с теми формальными действиями, которые проводились после войны.

В итоге, сейчас Германия оказалась пораженной российским анти-демократическим вирусом, который нашел себе вход через многочисленный контингент тех, кто перекочевал в Германию из ФРГ и не был вскрыт как потенциальная угроза.

Безусловно, такой расклад в Германии прямо касается нас, ибо откровенно дебильный формат Минска – дело рук Берлина и в меньшей степени – Франции. Но в большей степени, Германия показывает нам пример как надо поступать и как нельзя поступать с той отравой, которая так или иначе, оказалась впрыснутой в тело государства.

Эти примеры у нас перед глазами, и мы просто не имеем права повторять очевидные ошибки, как и представлять природу того давления на нас, которое пытается оказывать Германия. Это не только не наши еноты, а даже не их еноты, это – еноты из Кремля.

Антиколорадос



1 Comment

Оставить комментарий

Ваш электронный адрес не будет опубликован.


*