Уши ИГИЛ.

Вчерашние взрывы в Лондоне еще раз утвердили нас в мысли, что мы наблюдаем почерк одного и того же преступника

Кому-то кажется, что ИГИЛ действует автономно и по принципу: «я мстю и мстя моя страшна», но такое объяснение не выдерживает малейшей критики.

Вчерашние взрывы в Лондоне еще раз утвердили нас в мысли, что мы наблюдаем почерк одного и того же преступника. В этом случае, террористические атаки имеют довольно сильное отличие от того, как террористы действовали раньше.

Грубо говоря, схема действия прежних террористов укладывалась в три основные составляющие.

Первое – безусловно обратить внимание общественности. Второе – обратить внимание возможных спонсоров. И третье – либо выдвижение требований, либо объявление теракта как возмездие за что-то.

Понятно, что дело это грязное, но вполне укладывалось в некую логику. Основным элементом этой логики было заведомо несопоставимое количество сил и средств у террористов и у государств, которым они бросали вызов. То есть, террористы собирали свои силы в кулак и направляли их в некую точку, где танки, самолеты и ракеты противника, не могут вступить с ними в состязание.

Последнее – очень важный момент, на котором мы остановимся чуть подробнее.

Представим ситуацию 70-х годов прошлого столетия, когда палестинские террористы угоняли самолеты, похищали людей и конечно же – взрывали бомбы. Они не отрицали авторства и целей. Они либо требовали освобождения их  товарищей из израильских и других тюрем, либо требовали освободить земли, которые они считают своими.

И вот, что важно, взрывы бомб в местах, заполненных туристами, были неким односторонним ведением террористической войны. Трудно себе представить, что те же евреи, дали команду своей агентуре, разложить фугасы в секторе Газа, а потом – рванули их в мусульманский праздник.

То же самое и с Аль-Каидой и Игил. Бомбы рвутся у их противников, а сами они не знают, что такое отскребать свою семью со стенки, после атаки террориста-смертника. То есть, они пользуются инструментом, заранее зная, что такого к ним никто применять не будет. Они намеренно стали ублюдками, которые эксплуатируют более высокие моральные качества своего противника.

Безусловно, противник тоже не дремлет и может применить авиации или что-то еще, но он гарантированно применяет это против своего противника и вряд ли станет выкашивать население той же Палестинской автономии просто наугад. Таковы правила игры в этой давней пьесе.

В любом случае, всегда было понятно кто, против кого, почему и за что применяет эти методы. Очень редко, но ситуация заходит в такой глухой угол, когда обе стороны понимают, что достигать своих целей подобным путем уже не получается и продолжение террора будет уже просто ради самого процесса.

Примерно так случилось в Северной Ирландии с Ирландской Республиканской Армией. Что самое главное, обе стороны, в принципе, понимали друг друга, вернее – понимали цели и понимали, почему кто-то потянулся к ящику, с надписью «террор».

И вот теперь мы наблюдаем волну терактов, которая условно вешается на ИГИЛ, но в этой схеме отсутствуют те элементы старого терроризма, которые вносили подобие ясности в ситуацию.

Сам ИГИЛ не ставит целью освобождение территорий, которые она считает своими исторически или освобождение пленных товарищей. Ситуация выглядит совершенно иначе. Сама ИГИЛ захватывает чужие территории, а об освобождении своих товарищей нет и речи, ибо там широко практикуется тактика террористов-смертников, которые взрывают себя с частотой курьерского поезда.

То есть, если кто-то взял в руки вилку, он точно не будет ею пить компот.

  • Мы совершенно не слышим требований, как не видим и стремления к чему-то вменяемому, ибо если речь идет о религиозном фанатизме, то как минимум, кто-то должен угрожать религиозным фанатикам. В регионе, где наблюдается сплошное исламское население, об этом нет речи.
  • И главное, какие такие цели у ИГИЛ могут быть во Франции, Британии или Германии?
  • Что там можно и нужно решать методами террора?

Как оказывается, ИГИЛ просто механически берет на себя ответственность и на том – все.

А ведь как не крути совершение теракта – дело хлопотное и дорогое.

Как минимум, надо выбрать место его проведения, а для этого, уже должны быть критерии выбора. Если речь идет о применении оружия или боеприпасов, то все это надо где-то найти, купить, прятать, перевозить, устанавливать и в конце концов – взрывать.

Это значит, что от нечего делать, подобными вещами никто заниматься не станет, а кроме того все может кончиться совсем печально для всей террористической группы и даже их родственников.

Тем не менее, мы каждый раз наблюдаем одно и то же: взорвалась бомба, погибли люди, грузовик врезался в группу людей, погибли люди, а для чего – не понятно. Кому-то кажется, что ИГИЛ действует автономно и по принципу: «я мстю и мстя моя страшна», но такое объяснение не выдерживает малейшей критики. Далее…

Антиколорадос

1 Trackback / Pingback

  1. Громкое имя убитого зверя. | ponomaroleg.com

Оставить комментарий

Ваш электронный адрес не будет опубликован.


*