Недавно вы могли наблюдать, как ВС РФ попытались прорвать оборону на запорожском направлении. 320 человек личного состава, 40 единиц техники. Первый БМП сожгли ещё в 8 километрах от ЛБЗ — и дальше колонна начала рассыпаться под ударами дронов и артиллерии. Результат? Минус 29 единиц техники и 140 живой силы. До ЛБЗ они даже не дошли.
Штурм, который должен был взять логистический узел возле Орехова, провалился с треском.
Но такие истории — это не просто «они пошли — мы отразили». За этим стоит колоссальная работа. И сейчас я расскажу, как именно работали подразделения БПЛА.
Конец 2024-го. Появляется информация о возможном наступлении на Запорожье. Вопрос оперативной осведомлённости передаётся в СБС. Вадим Сухаревский начинает формировать штаб, который координирует работу подразделений второго и третьего эшелонов.
В это время я получаю боевое распоряжение: со своим экипажем срочно выдвинуться на Запорожское направление. Вечером — БР, на следующий день в 18:00 быть в другом секторе на боевом дежурстве. Приятно? Нет. Тем более, я только что вернулся с подготовки нового экипажа «Немезиды». Но, как говорится, яйца в кулак — и уже на следующий день мы на месте, а ещё через два — стримим из-под Токмака.
Ситуация на месте — так себе. Это не Спарта из фильмов, это Спарта из легенд, где младенцев скидывают с обрыва. Вот такой обрыв — это и было Запорожское направление. Сюда отводили разбитые, недоукомплектованные подразделения. Координация — никакая.
Начали налаживать систему взаимодействия и боеспособность. СБС и ГУР вывели свои группы, чтобы взять под контроль 2–3 эшелоны. Я работал с 14-м полком и группами ГУРа. Это было приятно — работать с профессионалами, которые всё понимают с полуслова. У нас не было многого, но мы использовали всё, что было, на максимум. Погода мешала, но задачу выполнили. Потому и начали появляться видео уничтоженных «Торов», «Буков» и прочей дорогой техники третьего эшелона.
Потому что «длинные руки» СБС и ГУР дотянулись туда, куда надо.
Также подтягивали координацию первого эшелона, но я в этом не участвовал — не расскажу.
Запорожский рельеф — идеальное поле для дронов: мало посадок, много открытых полей. Дрон тебя видит задолго до того, как ты кого-то увидишь. И оставалось только выяснить: кто на этом поле главный?
Главными стали мы. Даже перехваты были: «Зачем мы вообще запускали слухи о наступлении, если нас теперь так месить начали, а мы просто стоим?»
Потом был ещё один мини-штурм — для поддержания легенды, но мы уже докладывали: не видно признаков большого наступления. Командование сделало выводы. Часть групп СБС перекинули под Покровск, часть осталась.
Но система — осталась. Система, которая должна была сработать при попытке массового прорыва на этом участке.
И она сработала. Батальонно-тактическая группа противника начала заканчиваться ещё до того, как увидела линию бойового зіткнення.
Это результат работы. Системной, умной, совместной работы большого количества людей. И, да, приятно, когда ты — пусть и маленький — но шестерёнка в такой мощной машине.
