Полномасштабное вторжение России в 2022 году казалось бы должно было полностью поставить крест на украинских возможностях иметь безопасный выход в Черное море. Наш флот (а точнее – флотилия) был лишен боеспособного состояния в первые же дни. Но в итоге все оказалось ровным счетом наоборот и эта война совершенно с иной позиции поставила вопрос о том, кто в действительности контролирует море.
По состоянию на 23 февраля 2022 года в Черном море сильнейшим флотом считался турецкий, но с большой натяжкой. Ведь Россия со своей корабельной группировкой представляла серьезную конкуренцию турецким Военно-морским силам, а по ряду позиций даже опережала их.
ВМС Турции получали пальму лидерства в Черном море в первую очередь за счет того, что они являлись частью Североатлантического альянса и в случае конфликта с Россией страны НАТО имели свободный доступ в акваторию для оказания помощи союзнику — в то время, как Черноморский флот ВМФ РФ такой возможности не имел.
Но именно война в Украине показала, что нет особой разницы в том, сколько у тебя в боеспособном состоянии фрегатов, корветов, подводных лодок и даже ракетных крейсеров. Все это по силам нивелировать и даже обнулить стране, которая не имеет флота и осталась без полноценной флотилии.
В рамках полномасштабного вторжения в Украину Россия уделяла особое внимание черноморской оперативной зоне и захвату всего южного побережья с контролем Одессы и выходом к Приднестровью. Немаловажным фактором в реализации этого сценария должна была стать высадка морского десанта. Сконцентрированная в Черном море группировка больших десантных кораблей (БДК) позволяла осуществить единовременную высадку на побережье 4-4,5 тыс. морпехов.
Но для российского командования оставался без ответа вопрос о том, был ли уничтожен в результате ударов с 24 февраля 2022 года украинский противокорабельный комплекс “Нептун”. Именно в нем РОВ видели основную угрозу, поскольку ракеты Р-360 обладали возможностью потопления корабля водоизмещением до 5 тыс. тонн. То есть, одной ракеты было вполне достаточно, чтобы нанести критические повреждения либо полностью потопить абсолютно любой российский БДК.
А в самом начале полномасштабного вторжения российскому командованию сводка об одном-двух батальонах морпехов, ушедших на дно Черного моря, была совершенно не нужна. Не имея достоверной информации они воздерживались от высадки десанта, особенно в сложных погодных условиях.
Между тем Украина уже тогда начала системно уменьшать российский флот — 21 марта потопив катер “Раптор” в районе Мариуполя, а 24 марта уничтожив БДК “Саратов”, а также повредив БДК “Цезарь Кунников” и “Новочеркасск” в Бердянске. Были и другие удары, подтвержденные или полуподтвержденные, по российским кораблям, но окончательный ответ относительно ПКРК “Нептун” российские оккупанты получили 14 апреля 2022-го, когда ударом двух ракет Р-360 был потоплен ракетный крейсер “Москва”.
Поначалу украинские войска наносили урон российскому флоту традиционными средствами, среди которых противокорабельные комплексы “Нептун”, а впоследствии и переданным в мае ПКРК Harpoon.
Тем не менее к концу 2022 года Украина стала искать более дешевые средства противодействия российскому флоту и таковым решением стали морские дроны, основными видами которых стали MAGURA V5, применяемая ГУР МО, а также Sea Baby – основной ударный морской БЭК СБУ.
Именно украинские морские дроны стали основным противовесом в Черном море российскому флоту, осуществив десятки успешных ударов как по кораблям противника, так и по объектам инфраструктуры.
