Китайские банки и»российский SWIFT».

Пока российский МИД брешет, аки пес шелудивый, о якобы массовом желании отказаться от доллара в странах Азии и призывает Китай сказать «нет» западным платежным системам, существующая уже пять лет российская альтернатива SWIFT так и не смогла привлечь хотя бы китайские банки.

Система передачи финансовых сообщений Банка РФ (СПФС), которую начали создавать в 2014 году после оккупации Крыма и мировой изоляции РФ, была призвана обеспечить бесперебойность платежей в случае отключения SWIFT.

Китайские банки и"российский SWIFT".

Путин подписал закон, разрешающий подключать к ней иностранных участников.

В августе 2019-го замглавы Минфина Моисеев сообщил о подписании меморандума по присоединению китайских банков к СПФС и начале консультаций на уровне технических экспертов.
С момента старта переговоров прошло уже почти два года, но к системе ЦБ за это время подключился всего лишь один левый фуфлыжный китайский банк АКБ «БЭНК ОФ ЧАЙНА» (АО) 🙂

У крупных западных банков российский SWIFT также не вызвал энтузиазма: лишь единичные иностранные участники зарегистрировались в системе.

Кремлевская хунта продолжает попытки договориться с Китаем о помощи на случай финансовой изоляции, пишет Финанс.ру.

Читайте также:  Голова Укртрансбезпеки та його проблеми.

С призывом создать «сформировать широкую коалицию стран, выступающих против односторонних санкций» и «отходить от использования контролируемых Западом международных платежных систем» в конце марта в Пекин ездил Лавров. Но сдвинуть процесс с мертвой точки сивому мерину не удалось.
РФ и Китай не будут предпринимать совместные действия в ответ на санкции Запада, констатировал Лавров по итогам своего визита.

Он добавил, что военного союза между РФ и КНР также не предвидится.

Дедолларизация российско-китайской торговли, к которой Москва призывает с 2014 года также остается лишь на уровне меморандумов о взаимопонимании. По крайней мере, Московская биржа не видит существенного притока юаней на валютный рынок.

Объем торгов парой юань-рубль по итогам прошлого года составил 258,2 млрд рублей, или порядка 3,3 млрд долларов, при том что взаимный товарооборот, по данным таможни КНР, достигал 107,7 млрд долларов.
Годовой объем юаневых сделок на валютном рынке оказался меньше, чем долларовых, более чем в 300 раз.