Это то самое время года, когда тренеры в ведущих пяти лигах европейского футбола наконец могут перевести дух, поднять бокал и поблагодарить судьбу за то, что пережили сезон на своих должностях.
Хорошо, возможно, эта сцена выглядит не совсем так. Тренеры топ-уровня обычно находятся выше среднего человеческого показателя по шкале уверенности в себе — если бы это было не так, они бы долго не продержались. Но личное облегчение и благодарность были бы вполне разумными эмоциональными реакциями на то, что им удалось дожить до лета без увольнения, учитывая поразительный масштаб тренерской текучки, которая стала нормой в европейском футболе.
В сезоне 2025-26 в Премьер-лиге произошло 11 тренерских уходов. Эта цифра не включает исполняющих обязанности — таких как Калум Макфарлейн в «Челси» или Майк Джексон в «Бернли», — а также не учитывает Пепа Гвардиолу, Андони Ираолу, Марку Силву и Оливера Гласнера, которые получили редкую привилегию покинуть клубы по собственному желанию после последнего тура.
Похожая история была и в других крупных лигах Европы: в Бундеслиге было 10 тренерских уходов, в Лиге 1 — девять, а в Ла Лиге и Серии А — по восемь. При этом это не был какой-то особенно необычный сезон, если посмотреть на среднее количество тренерских уходов в этих лигах за последние пять завершенных кампаний, приведенное ниже.
Масштаб тренерской нестабильности в европейском футболе выглядит еще более разительным, если сравнить его с четырьмя главными спортивными лигами США.
На первый взгляд, среднее количество тренерских уходов за сезон кажется выше в Главной лиге бейсбола (MLB) и Национальной хоккейной лиге (NHL), тогда как показатель Национальной футбольной лиги (NFL) выглядит сопоставимым с Лигой 1. Национальная баскетбольная ассоциация (NBA) стоит особняком как относительный рай для тренеров.
Но честное сравнение можно провести только с учетом количества команд в каждой лиге: 30 в NBA и MLB, 32 в NFL и NHL, тогда как в Премьер-лиге, Ла Лиге и Серии А по 20 клубов, а в Бундеслиге и Лиге 1 — по 18. Когда среднее количество тренерских уходов рассматривается как доля от общего числа команд в лиге, возникает более точная картина:
За последние пять завершенных сезонов уходы главных тренеров в пяти ведущих лигах Европы в среднем происходили как минимум на 10 процентов чаще, чем в NHL и MLB, и на 15-25 процентов чаще, чем в NFL и NBA.
Чтобы понять причины, полезно разобраться, почему тренеров в европейском футболе вообще увольняют. Бесцеремонный уход по ходу сезона может быть вызван напряженными отношениями с владельцами, потерей доверия в раздевалке, токсичной атмосферой на трибунах или всем этим вместе. Но в основе, как правило, лежит плохая серия результатов, из-за которой сезон либо уже кажется проваленным, либо оказывается под угрозой невыполнения ожиданий.
Невыполнение ожиданий неизменно означает потерю больших денег — из-за непопадания в Лигу чемпионов, из-за непопадания в еврокубки вообще или, что страшнее всего, из-за вылета. Для клубов Премьер-лиги любой из этих вариантов означает потерю десятков миллионов фунтов доходов от трансляций, а также серьезные финансовые последствия для доходов в день матчей и коммерческих поступлений.
«Футбол уникален, вероятно, среди всех индустрий мира, с точки зрения существующих в нем резких обрывов доходов», — говорит Омар Чаудхури, директор по аналитике компании Twenty First Group. «Есть огромные падения, если вы не квалифицируетесь в Лигу чемпионов, если вы не играете в Европе. Влияние вылета огромное и хорошо задокументированное. Как владелец, вы начнете паниковать, если окажетесь по неправильную сторону этих обрывов или если будет выглядеть так, что вы можете оказаться по неправильную сторону этих обрывов.
В футболе существует укоренившаяся культура, согласно которой единственный способ изменить результаты по ходу сезона — сменить главного тренера. Но я бы сказал, что особенно в английском футболе одним из главных факторов является перспектива заработать в следующем году меньше денег, чем вы заработали в этом».
Алекс Стюарт, генеральный директор Analytics FC, согласен с этим. «Повышение в классе, вылет, доступ к континентальным соревнованиям, а также просто шкала призовых в зависимости от итогового места — все это создает огромные стимулы для того, чтобы рубить с плеча и что-то менять», — говорит он.
В закрытых ведущих спортивных лигах США вылет не является проблемой. Попадание в плей-офф может служить приблизительной параллелью квалификации в Лигу чемпионов или еврокубки в спортивном смысле, но в финансовом — в меньшей степени, даже если проведение нескольких дополнительных матчей высокого давления на своем поле при глубоком проходе в плей-офф может быть очень прибыльным. Разные степени распределения доходов помогают даже худшим командам работать с куда большей финансовой определенностью.
«Вы знаете, что доход будет, и что они будут зарабатывать деньги», — говорит Билли Кинг, бывший генеральный менеджер «Филадельфии Севенти Сиксерс» и «Бруклин Нетс». «У вас есть телевизионные контракты, и у вас есть потолок зарплат, так что вы можете контролировать свои расходы. Так обстоит дело в NFL, и то же самое в NBA. В NHL тоже, и бейсбол пытается к этому прийти.
Если бы в NBA существовала система вылета, при которой 16 лучших команд выходили бы в плей-офф, а четыре худшие вылетали бы в G League, то есть в развивающий дивизион NBA, вы бы увидели, что команды играют совсем иначе. Давление было бы огромным, потому что это радикально изменило бы вашу структуру доходов».
Отсутствие такой экзистенциальной угрозы снизу убирает один из ключевых стимулов для команд в американском спорте увольнять проигрывающего тренера. Еще один важнейший фактор — огромная разница между тем, как происходит привлечение талантов в европейском футболе и в главных американских спортивных лигах.
Слово «проект» в последние годы стало самым утомительно заезженным словом в футболе, особенно потому, что открытый характер трансферного рынка в сочетании с финансовыми правилами, которые весьма далеки от жесткого американского потолка зарплат, активно работает против желания проявлять терпение. Клубы со значительными бюджетами могут перестроить или перезапустить свои составы за одно лето, часто за головокружительные суммы в Премьер-лиге, и мгновенно сформировать ожидания результата.
«В Европе нет общеевропейского потолка зарплат, поэтому владельцы могут тратить деньги, и когда они тратят деньги на привлечение топ-талантов, они ожидают побед», — добавляет Кинг. «Почти во всех американских видах спорта, кроме бейсбола, есть зарплатные правила, которые ограничивают вашу способность быстро стать хорошей командой, поэтому вы должны дать тренеру время, потому что правила не позволяют вам просто пойти и взять двух или трех топ-игроков.
В NBA требуется время, потому что обычно тренер не принимает команду, которая уже готова побеждать. Он приходит, чтобы помочь построить и развить новую культуру и систему. Очень редко возникает ситуация вроде «Нью-Йорк Никс», где один тренер дошел до финала конференции в прошлом сезоне, затем они сделали изменение, пришел новый тренер, и теперь команда выходит в финал».
Медленное и последовательное перестроение может быть очень привлекательным и вознаграждающим путем в главных американских спортивных лигах, где плохой сезон не только не несет риска вылета, но в большинстве случаев фактически увеличивает доступ команды к элитным талантам через драфт.
«В американском спорте вам, по сути, гарантирован очень стабильный уровень дохода почти независимо от того, насколько плохо вы выступаете», — добавляет Стюарт. «И на самом деле, если вы выступаете плохо, вы получите более высокий выбор на драфте. Тогда как в футболе нет никакого плюса в плохих выступлениях, потому что это гарантированно уменьшает абсолютно все».
«В европейском футболе, если в феврале результаты плохие, вы не можете просто подождать до мая, а затем ожидать, что получите много хороших игроков, — к тому моменту вы уже можете вылететь, и ваша способность подписывать игроков будет серьезно осложнена, если это произойдет», — говорит Чаудхури. «Если в NFL в ноябре вы не попадете в плей-офф, это не конец света, потому что в следующем году у вас, возможно, будет более высокий выбор на драфте».
Помимо огромной пользы для конкурентного баланса, стимулы драфта также создают гораздо более снисходительную среду для тренеров, которые могут сосредоточиться на развитии игроков и более долгосрочных приоритетах, а не беспокоиться о том, что их уволят за отсутствие немедленных результатов.
Плохая новость заключается в том, что очень мало из всего вышесказанного можно применить для повышения стабильности работы тренеров в европейском футболе. Но, возможно, есть одна вещь, которую можно применить: более эгалитарная культура ответственности за неудачи в американских спортивных командах, которая выходит за пределы фигуры главного тренера.
Для генеральных менеджеров не является чем-то необычным проводить пресс-конференции в конце каждого сезона, на которых они отвечают на вопросы о том, что получилось или не получилось, и объясняют свои решения. Их также увольняют гораздо чаще, чем высокопоставленных футбольных руководителей, по крайней мере в Премьер-лиге, когда владельцы считают, что они не справились со своей работой.
Кинг считает, что это тоже является продуктом различий в механике американских спортивных лиг. «Если вы подписываете футболистов, и у них есть послужной список, но они играют плохо, вы можете сказать: “Хорошо, дело не может быть в нем, потому что он делал это везде, где был раньше, значит, дело в тренере”.
В NBA, когда вы выбираете игрока на драфте, и это не срабатывает, а парень, выбранный на три позиции ниже, играет лучше, это видно. Вот где руководителя проще оценить».
Но в европейском футболе ситуация еще может измениться. В прошлом месяце, не сумев квалифицироваться в Лигу чемпионов после пятого места в Серии А, «Милан» уволил своего главного тренера Массимилиано Аллегри, а также генерального директора Джорджо Фурлани, спортивного директора Игли Таре и технического директора Джеффри Монкада.
Не было бы большим шоком, если бы больше владельцев европейских футбольных клубов начали реагировать на неудачи больше в стиле владельцев в американском спорте — особенно учитывая, что все чаще это одни и те же люди.
