«Птахи СБС» отработали по РЛС С-300В, «Тору», «Урагану» и пунктам управления
Российская техника на фронте снова попала под плотную охоту украинских Сил беспилотных систем. За первые три недели мая «Птахи СБС» показали целую россыпь пораженных целей — от элементов противовоздушной обороны до логистики, командных пунктов и мест, где российские подразделения пытались проводить совещания.
Главная деталь здесь не только в количестве ударов. Важнее другое: под поражение попадают разные части военной машины. Не один случайный грузовик, не одна окопная позиция, а сразу несколько звеньев — ПВО, артиллерия, управление, ремонт, снабжение и беспилотные подразделения.
Удары по российской ПВО
Одной из самых важных целей стала радиолокационная станция из состава ЗРС С-300В. Ее поразили в районе Широкой Балки Донецкой области. Там же был уничтожен топливозаправщик. По цели работал 9-й батальон «Кайрос» 414-й отдельной бригады СБС «Птахи Мадяра».
Для российской армии потеря такой РЛС — это не просто минус одна машина. Это удар по глазам системы ПВО. Без радиолокации зенитный комплекс становится намного менее полезным, потому что теряет возможность нормально видеть воздушную обстановку и сопровождать цели.
Еще одной важной целью стал ЗРК «Тор» в районе Берестового Запорожской области. Вместе с ним был поражен седельный тягач. По этой цели работал отряд «13» 414-й отдельной бригады СБС «Птахи Мадяра».
Такие удары постепенно выбивают российскую защиту с воздуха. Недаром авторы называют это «ППОпадом». За период с 1 по 21 мая «Птахи СБС» заявили уже о девятнадцатом и двадцатом элементах российской ПВО, которые удалось «вполювати».
Артиллерия, управление и места совещаний
Под удар попала и РСЗО БМ-27 «Ураган» в районе Зеленого Гая Донецкой области. Это уже не ПВО, а средство дальнего огневого давления. Когда такая машина уничтожается, российское подразделение теряет возможность накрывать площади тяжелыми реактивными снарядами.
В районе Богатыря Донецкой области был поражен командно-наблюдательный пункт подразделения, предположительно связанного с 6-м танковым полком 90-й танковой дивизии. Такие цели особенно болезненны для армии, потому что там сидят не просто стрелки в посадке, а люди, которые управляют боем, принимают решения и держат связь с другими подразделениями.
Еще один удар пришелся по месту проведения совещания 3-го мотострелкового батальона 38-й отдельной мотострелковой бригады 35-й армии России в районе Новоукраинки Запорожской области. По этой цели работали 9-й батальон «Кайрос» 414-й бригады СБС «Птахи Мадяра» и 1-й отдельный центр СБС.
Это показывает, что украинские беспилотные подразделения охотятся не только за железом. Они ищут моменты, когда российская армия собирает людей, командиров и технику в одном месте. Для фронта такие удары часто важнее, чем уничтожение отдельной машины.
Беспилотные подразделения России тоже под ударом
В Донецке были поражены мастерские боеприпасов для БПЛА 150-й мотострелковой дивизии 8-й армии России. По ним работала 20-я отдельная бригада СБС «К-2».
Также в районе Селидово Донецкой области был поражен пункт управления подразделения БПЛА разведывательной роты 433-го мотострелкового полка 27-й мотострелковой дивизии 2-й армии России. Эту цель также отработала 20-я бригада СБС «К-2».
Здесь хорошо видно, что война дронов давно стала отдельной войной внутри большой войны. Украинские дроны бьют не только по танкам и складам, но и по российским дроноводам, их пунктам управления, мастерским и цепочке подготовки боеприпасов.
Логистика, группы и портовая инфраструктура
В районе Монахового Донецкой области был поражен вражеский МВГ. Также отдельно отмечены удары по логистике противника в Запорожской и Донецкой областях. Там работали отряд «13» 414-й бригады СБС «Птахи Мадяра» и 412-я бригада СБС «Немезис».
Логистика для российской армии — это кровь системы. Пока идут топливо, боеприпасы, тягачи, ремонтные машины и транспорт, фронт может двигаться и держаться. Когда по этой цепочке начинают бить системно, у противника появляются задержки, провалы и хаос.
Отдельно упомянут портовый кран в Бердянске Запорожской области. Его поражение говорит о том, что под внимание попадает не только передний край, но и инфраструктура, которая может быть связана с военной логистикой на оккупированных территориях.
Что показывает эта серия ударов
В этом списке нет одной красивой, но случайной цели. Здесь важна именно система. РЛС от С-300В, ЗРК «Тор», «Ураган», командные пункты, место совещания, мастерские для БПЛА, пункт управления дронами, логистика и портовая инфраструктура — все это разные органы одной российской военной машины.
Когда по ним бьют одновременно и регулярно, противник теряет не только технику. Он теряет устойчивость. ПВО хуже видит небо. Артиллерия теряет установки. Командиры вынуждены менять места управления. Дроновые подразделения лишаются мастерских и пунктов контроля. Логистика начинает работать с перебоями.
Именно поэтому фраза «ППОпад продолжается» звучит не как шутка, а как короткое описание процесса. Российскую систему ПВО и управления постепенно выщелкивают по элементам. Один за другим. Сначала радар, потом зенитный комплекс, потом тягач, пункт управления, мастерская, совещание, логистика.
Фронт давно стал местом, где решает не только количество солдат и стволов. Решает способность видеть, управлять, снабжать и быстро восстанавливать потери. И именно по этим слабым местам сейчас работают «Птахи СБС».
