Foreign Policy раскрывает детали военно-технической помощи Москвы Тегерану в борьбе с оппозицией
Пока российская «ось авторитаризма» теряет позиции в мире после падения режима Башара Асада в Сирии и кризиса власти Николаса Мадуро в Венесуэле, Москва продолжает укреплять свой последний важный союзнический плацдарм – Иран. Об этом пишет американское издание Foreign Policy, представившее детальный анализ российской военной и технологической поддержки исламского режима.
Хотя прямое военное вмешательство России в Иране маловероятно, Кремль избрал другую стратегию. Foreign Policy отмечает парадокс: публично осуждая «иностранное вмешательство» во внутренние дела государств, Россия фактически снабжает иранские силовые структуры всем необходимым для подавления протестов – от автоматического оружия до систем блокировки интернета.
Иранская полиция, элитный Корпус стражей Исламской революции (КСИР) и военизированные формирования «Басидж» применяют против демонстрантов широкий спектр российского вооружения:
- Стрелковое оружие: автоматы Калашникова, снайперские винтовки Драгунова, пулеметы Калашникова
- Бронетехника: БТР и БМП, переоборудованные для полицейских операций, танки Т-72
- Авиация: не менее 25 вертолетов Ми-17 для быстрой переброски подразделений силовиков
Российско-иранское сотрудничество в сфере подавления протестов активизировалось в последние годы. Несколько месяцев назад Тегеран получил около 40 современных бронеавтомобилей «ВПК-Урал» и «Спартак» – машин, специально разработанных для российской Росгвардии и предназначенных для «работы» с гражданскими протестами.
В 2023 году состоялся визит иранской делегации в Россию, по итогам которого «Ростех» подписал соглашение о поставках специального оборудования для разгона демонстраций – электрошокеров, шумовых гранат и других средств несмертельного воздействия.
Помимо физического насилия, Россия помогает иранскому режиму контролировать информационное пространство. Координация протестов в современную эпоху невозможна без интернета, и Москва предоставляет Тегерану технологии для его избирательного подавления.
Системы радиоэлектронной борьбы «Красуха» и «Мурманск-БН» блокируют спутниковую связь, отрезая протестующих от внешнего мира и друг от друга. При этом российские технологии позволяют настроить систему так, чтобы государственные учреждения сохраняли полный доступ в интернет – создавая асимметрию информационных возможностей.
Foreign Policy подчеркивает: речь идет не просто о продаже оружия, а о системном обмене опытом подавления внутреннего недовольства. Россия, накопившая за последние годы обширную практику разгона протестов и контроля над интернетом, делится этими «достижениями» с союзническим режимом, одновременно защищая его от международного давления.
Таким образом, даже ослабленная на международной арене, Москва продолжает выстраивать сеть авторитарной взаимопомощи, где технологии и средства подавления становятся валютой геополитического альянса.
