Контроль над ядерным оружием будет одной из тем саммита Трампа, Си и Путина на следующей неделе. Разберем.
Перспективы заключения реального трехстороннего договора о ядерном разоружении между США, Россией и Китаем на предстоящей встрече в Шэньчжэне (19 ноября 2026 года) крайне низки — стороны в лучшем случае ограничатся политическими декларациями и запуском консультаций.
После истечения срока действия договора СНВ-III (New START) 5 февраля 2026 года три крупнейшие ядерные державы впервые собираются в таком формате, но их интересы прямо противоречат друг другу.
СНВ-III ограничивал количество развернутых стратегических ядерных боезарядов США и России до 1550 у каждой стороны, а число развернутых стратегических носителей — до 700. Договор был продлен в 2021 году на максимально допустимые пять лет и юридически не мог быть продлен повторно. После его окончания стороны остались без действующего двустороннего соглашения, устанавливающего обязательные количественные ограничения на стратегические ядерные вооружения.
Соотношение ядерных сил (данные на 2026 год).
Россия и США продолжают удерживать около 86% всех ядерных боезарядов в мире, однако Китай наращивает арсенал самыми быстрыми темпами.
Россия — ~5 420. Лидирует по общему числу и тактическому ядерному оружию (~1 000 единиц).
США — ~5 042. Лидируют по морской компоненте (подводные лодки несут ~1 900 боеголовок).
Китай — ~620. Самый быстрый рост в мире (прирост на 164% за 20 лет), активное строительство шахт МБР.
По данным Федерации американских ученых (FAS) за 2026 год, приведенные общие показатели включают как военные запасы, так и снятые с вооружения боезаряды, ожидающие демонтажа. При этом оценка российского нестратегического ядерного арсенала составляет около 1794 боезарядов, а количество развернутых американских боезарядов на баллистических ракетах подводных лодок — примерно 970. Эти оценки отличаются от приведенных выше показателей отдельных компонентов ядерных сил.
Кому переговоры выгодны, а кому — нет?
Наиболее выгодны США (Трампу).
США впервые столкнулись с ситуацией, когда им нужно сдерживать одновременно два сопоставимых ядерных арсенала — российский и быстрорастущий китайский. После окончания СНВ-III в феврале 2026 года США отказались продлевать его без участия Китая, поскольку двусторонние лимиты связывают руки Америке, пока Китай свободно строит новые ракеты.
Новая гонка вооружений требует колоссальных расходов бюджета США. А демократы в Конгрессе уже заявляют, что не проголосуют за такой большой новый бюджет Пентагона (1,5 триллиона долл.). Кроме того, для Трампа трехсторонний саммит — возможность закрепить за собой статус глобального миротворца после поражения республиканцев на промежуточных выборах.
Сумма в 1,5 трлн долларов относится к предложенному администрацией Трампа объему оборонного финансирования на 2027 финансовый год. Это бюджетный запрос, а не окончательно утвержденные Конгрессом расходы.
Наименее выгодны Китаю (Си).
Арсенал Китая (около 620 зарядов) почти в 8–9 раз меньше, чем у США или России. В Китае считают, что любые ограничения или заморозка на текущем уровне навсегда зафиксируют стратегическое отставание КНР.
Любой договор о контроле над вооружениями требует инспекций и обмена данными, а непрозрачность ядерных сил является ключевым элементом китайской стратегии сдерживания. Позиция Китая остается жесткой: сначала США и Россия должны сократить свои арсеналы до китайского уровня, и только потом Китай сядет за стол переговоров о сокращении.
Пекин неоднократно заявлял, что именно США и Россия несут основную ответственность за сокращение крупнейших ядерных арсеналов. В марте 2026 года Министерство обороны КНР вновь призвало Вашингтон осуществить существенные сокращения вооружений и создать условия для участия других ядерных государств в процессе разоружения. При этом Китай официально придерживается политики неприменения ядерного оружия первым.
Двойственная позиция России (Путина).
Что выгодно. России финансово и технологически тяжело вести полноценную гонку вооружений в условиях войны и санкций (ее темпы модернизации и производства отстают от американских возможностей). Также России выгодно участие в большой тройке как демонстрация статуса «сверхдержавы» и способ увязать ядерную тему с уступками по европейской безопасности и Украине.
Что невыгодно. Россия заинтересована в двустороннем паритете только с США (как было в СНВ-III), а не в давлении на своего главного союзника — Китай. Кроме того, Россия не хочет включать в соглашение свое превосходство в тактическом ядерном оружии и возвращать американские инспекции на свои объекты.
После завершения СНВ-III Москва заявила о готовности добровольно придерживаться прежних основных ограничений при условии аналогичных действий Вашингтона. Однако такая договоренность не заменяет полноценный договор с механизмами инспекций и проверки соблюдения обязательств.
Вывод-прогноз.
Максимум — политическая декларация или рабочая группа.
Си согласился на встречу на полях саммита АТЭС главным образом из вежливости как хозяин саммита и ради обсуждения торговых пошлин и Ирана, но не ради реальных ограничений своего ядерного арсенала. Наиболее вероятный итог — совместное заявление о недопустимости ядерной войны и договоренность продолжить консультации на уровне экспертов без каких-либо обязывающих лимитов.
По состоянию на 14 ноября подготовка трехсторонней встречи продолжалась. Кремль объявил, что переговоры Трампа, Си и Путина согласованы на 19 ноября в Шэньчжэне. В то же время Reuters сообщало, что окончательные формат и повестка встречи оставались предметом обсуждения. Американские официальные лица не ожидали заключения нового соглашения по ядерному оружию на этом саммите.
Спасибо.
